28.05.2018 18:36

На чистую воду. Как 100 лет назад работала белгородская полиция

На чистую воду. Как 100 лет назад работала белгородская полиция

Кража из шкапа

В начале прошлого века в Белгородском уезде был Алексеевский свеклосахарный завод Ребиндера и Мансуровой. А контора завода находилась в селе Шебекино. И вот в ночь на 2 марта 1916 года неизвестные проникли в контору, вскрыли деревянный шкап и похитили оттуда железную кассу, в которой хранилось 3 397 рублей 23 копеек наличными, а также ордера на сумму 329 рублей 57 копеек.

Пристав 3-го стана Белгородского уезда начал дознание и по горячим следам нашёл подозреваемых – машинистов завода Василия Терещенко и Филиппа Шаповалова. При перекрёстном допросе они сознались в содеянном и вернули украденное.

«Похищенное передано администрации Алексеевского сахарного завода, а произведённое дознание препровождено судебному следователю 3 уч. Белгородского уезда», – доложил пристав начальнику Губернского управления полиции.

Мошенничество

5 мая 1916 года казначей Бубновского Кредитного Товарищества Велико-Михайловской волости Пётр Ёлкин заявил старшему полицейскому уряднику Добровольскому, что потерял 10 тыс. рублей – огромная по тем временам сумма. Приставы Змеев и Холявко вместе со стражей спешно выехали на дорогу, но ничего не нашли. Одновременно белгородские полицейские провели дознание, и вот что выяснилось.

В семь часов утра на телеге, запряжённой парой лошадей, Ёлкин и Аникеев выехали в Новый Оскол. Аникеев правил лошадьми, а Ёлкин держал сумку. В слободе Покровско-Михайловской Ёлкин зашёл попить «фиалки», а когда вышел, то обнаружил пропажу сумки, которую всё время должен был держать в руках. При этом ни Аникеев, ни Ёлкин не могли вспомнить, как и при каких обстоятельствах потеряли сумку.

«Есть полное основание предполагать, что Ёлкин и Аникеев скрыли эти деньги у себя и, чтобы ввести в заблуждение, симулируют кражу таковых», – докладывал уездный исправник помощнику начальника Курского Губернского жандармского управления.

К сожалению, чем окончилось дело, неизвестно, но, судя по хватке полицейских, есть все основания полагать, что мошенников вывели на чистую воду.

На чистую воду. Как 100 лет назад работала белгородская полицияФото Елены Байтингер

Убийство и ограбление

5 декабря 1916 года неизвестные убили сторожа Богородского волостного правления Якова Шугаева (нынешнее село Богородское Новооскольского района). А сундук, в котором хранились волостные деньги, взломали. Уездный исправник начал розыск преступника.

Судя по докладной записке, напечатанной на пяти листах, розыск проводили весьма тщательно. Так, к примеру, все вещи, тело и орудие преступления внимательно исследовали, что помогло сделать определённые выводы:

«Взломы сундука произведены были какимъ нибудь острымъ орудiем, для чего надо было употребить не мало времени, и работа эта производилась неиначе какъ стоя на колѣнях или корточкахъ. Отъ нажима на орудiе взлома у злоумышленника должны были остаться на рукахъ мозоли» (сохранена орфография автора документа).

Убили сторожа ударом топора сзади. В это время он пытался разжечь печку, подстелив под колени газету. По безмятежному лицу и непринуждённой позе убитого исправник сделал вывод, что убил сторожа кто‑то ему знакомый:

«Выраженiе лица убитаго совершенно покойно и никакихъ признаковъ борьбы не замѣтно. Судя по всему этому, Шугаевъ былъ убитъ неожиданно при самой мирной обстановке».

Этот вывод значительно сузил круг подозреваемых и позволил отбросить мысль о гастролёрах или неизвестных грабителях. Доступ к сторожу был у нескольких людей. У волостного старшины Селиванова – пьяницы и растратчика, у секретаря мирового суда Ивана Глотова, у помощника секретаря Семёна Ковалевского, у волостного писаря Фёдора Гурова и его помощника Пожарова.

Затрудняло следствие то, что как раз в ночь убийства на улице была сильная метель, которая замела все следы. Однако полицейские нашли топор со следами крови и волос. В село Богородское привезли сыскную собаку по кличке Грейф, которая обнюхала топор, а затем из толпы людей выбрала Пожарова и дважды облаяла его. Это стало основанием для более глубокой разработки помощника писаря.

Неопровержимые улики

Вот как исправник характеризует подозреваемого в убийстве:

«Пожарову 18 летъ. Онъ производитъ весьма невыгодное впечатлѣнiе, нервичаетъ и путается въ показанiяхъ».

На чистую воду. Как 100 лет назад работала белгородская полицияФото Алексея Стопичева

Полицейские выяснили, что Пожаров дружил с погибшим сторожем и часто оставался у него ночевать. 4 декабря, накануне убийства, молодой писарь сильно нервничал. И постоянно бегал курить в соседнюю контору. Мать Пожарова показала, что, вернувшись 5 декабря ночью, он переодевался. И на белье Пожарова, изъятом при обыске, полицейские обнаружили кровавые пятна.

Кроме того, на правой руке помощника писаря был кровяной мозоль, наличие которого у преступника исправник предположил ещё в самом начале расследования. А после убийства и кражи денег помощник писаря вместе с отчимом крестьянином Борматовым поехал покупать лошадь.

Даже определив главного подозреваемого, полицейские не отбрасывали других версий. Что говорит об их высоком профессионализме, а не о желании быстро найти крайнего. Несмотря на то что Пожарова и Борматова уже задержали и допрашивали, «у всѣхъ служащихъ въ волостномъ правленiи, волостномъ судѣ, мирового судьи и лицъ внушающихъ подозрѣнiе произведены тщательные обыски. Провѣрено также гдѣ они находились въ ночь убiйства и ограбленiя кассы».

Помимо этого, исправник выяснил, что волостного старшину Селиванова уличили в растрате казённых денег и «неблагонадёжном» образе жизни. На рабочем месте у него нашли спирт и пряники. В селе Богородском у него любовница Аксинья Лисицина, а денежную отчётность он содержит в беспорядке. Обо всём этом уездный исправник и доложил помощнику начальника Курского Губернского жандармского управления.

Убийство помещика

А самому старому уголовному делу, найденному в архиве, о совершённом на территории нынешней Белгородской области убийстве ровно 250 лет. К сожалению, на большинстве из 12 рукописных листов почерк неразборчивый. Однако даже того, что удалось прочесть, хватило, чтобы понять: времена меняются, а люди всё те же.

21 сентября 1768 года убили старооскольского помещика майора Аврама Чёрного его же крестьяне – по наущению супруги убиенного Марфы Чёрной:

«Указ по слушании дела начашегося в 1768 году сентября 21 дня по указу из правительствующего Сената о сыске белогородской губернской канцелярии оказавшихся в смертном убийстве старооскольского помещика майора Аврама Чёрного сообщником жены ево Марфы людей из крестян Александра Лебедева и прочия по учинении с ними по законам по которому о том сыске и об отсылке их в старооскольскую воеводскую канцелярию а де о том дело производится» (сохранена орфография и пунктуация автора документа).

К сожалению, непонятно, почему Марфа подговорила Лебедева и прочих убить своего мужа. Неизвестно, как были наказаны злоумышленники. Однако главным остаётся то, что и 100 лет назад полиция работала эффективно, защищая закон и порядок.

Благодарим за помощь в подготовке материала белгородского писателя Василия Журахова.

Источник

Белгородские полицейские выявили мошенничество с возмещением НДС Парад Дедов Морозов и Снегурочек открыл новогодние торжества в Белгороде «Энергомаш» победил «Калугу» в очередном туре чемпионата России Десять белгородских учителей получат по 200 тысяч рублей В Уфе сотрудники Росгвардии задержали подозреваемого в хищении перфоратора

Последние публикации